Наяночка вообще была особенная: ходить любила только по тропкам, паслась не везде и траву щипала так нежно, как будто боялась запачкать свою хорошенькую мордочку.

По-Ксюшиному это называлось: «модничает». Очень ласково обращалась Ксюша со своей козой! Но неизменно при этом говорила: «Корову надо покупать, коза никак себя не оправдывает». Валька соглашался с Ксюшей, но сам корову иметь не хотел: за шею ее не обнимешь!

К концу лета Катька вдруг, ни с того ни с сего стала давать больше молока.

Бабка взглянула на внука с подозрением, спросила:

— Ты чем это ее потчуешь? Не хлебом ли?

— Дубовым листом, — ответил Валька.

— А кто научил?

— Никто, — соврал Валька, — сам догадался.

Бабка сделала вид, что поверила, а через некоторое время опять привязалась:

— Чего это ты дотемна в лесу делаешь?!

— Катьку пасу, — опять соврал Валька.

Ему не хотелось говорить Варваре Ивановне, что у него появился свой знакомый, потому что он был дачник, а если Пелагея узнает, сразу начнет издеваться. Она всегда про дачников всякие гадости говорит.

Знакомство произошло в лесу. Валька держал траву в подоле рубахи и, наклонившись к Катькиному уху, беседовал с козой:

— Ну, объясни мне, Катя, почему ты хотя бы не попробуешь? Может, это как раз очень вкусная трава. Попробуй, пожалуйста, я прошу тебя — слышишь?

Катька только дергала ухом, наконец отвела морду и стала смотреть на свой бок. В это время к ним и подошел этот человек.

Валька сразу заметил огромный рост, очки с квадратными стеклами без оправы и странную бороду, через которую просвечивал галстук.

Вальке было очень неприятно, что посторонний человек увидал Катькины капризы. Что он подумает о ней? Поэтому Валька почесал затылок и небрежным голосом произнес: