- О фресках? - прикинулся дурачком Д’Арнатьян. Кстати, это у него неплохо получилось.

- Подвески! - заорал кардинал в мегафон, направив его в ухо Д’Арнатьяна.

- Ах, подвески, - сказал лейтенант, вытаскивая вату из ушей. - Нет, ничего не знаю, не видел, не брал.

- По-моему, Вы хотите еще двадцать лет носить лейтенантские погоны, - начал угрожать кардинал.

- Нет, - сдался Д’Арнатьян, - Я вовсе этого не хочу. Но Вы понимаете, монсеньер, я дал слово дворянина, что буду молчать, словом спрашивайте, о чем хотите, - закричал в конце предложения гасконец, подбирая выпавшие у него из кармана измятые временем и узкими карманами капитанские погоны покроя двадцатилетней давности. Вместе с погонами, он подобрал золотую булавку, лежавшую на полу.

- Мне нужны Вы, Ваши друзья и много еще чего, - сказал кардинал, откидываясь в кресле и нюхая кокаин.

- Что мы будем делать? - задал вопрос любознательный гасконец.

- Все! - ответил Замарини, окосев от кокаина. - Все, что мне нужно! - добавил он.

- А что мы с этого будем иметь? - спросил любознательный Д’Арнатьян, ковыряя в зубах кинжалом.

- Все! - пообещал Замарини, любивший давать обещания.

- Я согласен, - ответил Д’Арнатьян, тоже любивший давать обещания, - но я не знаю, согласятся ли мои друзья.

- Обещайте им то, что им нужно, - поучительно ответил Замарини, сморкаясь в носовой платок Д’Арнатьяна, торчащий у того из кармана смокинга.

- Но поиски друзей потребуют представительских расходов, - попытался намекнуть Д’Арнатьян, взглядом пытаясь определить, где у кардинала спрятаны деньги.

- Мои поручения будут тайного характера, так что и поиски тоже должны быть такими же. Это не потребует почти никаких расходов, - заявил не любивший платить Замарини.

- Но вчера разорился банк, в котором хранились мои деньги, и я не могу путешествовать за свой счет, - гордо ответил гасконец, любивший путешествовать за чужой счет. - К тому же шумные празднества по случаю моих розысков, фейерверки и салюты дорого сейчас стоят, - сказал Д’Арнатьян, любивший празднества и взрывы салютов.