- Наши друзья очень опечалены вчерашним и хотят все объяснить, или, по крайней мере, у Дюма так написано, - он ткнул кривым пальцем в засаленную страничку, на которой лежал внушительный кусочек сыра. Но, упомянув имя великого Дюма, Д’Арнатьян завелся. – Ох уж этот так его растак! Не мог написать, что я стану миллионером, или, по крайней мере, выиграю в Спортлото. Эх, я бы лучше его написал!

- Это точно! – согласился Потрос.

Д’Арнатьян еще долго ходил по комнате, расписывая, как бы он написал книгу, но вскоре даже Потросу надоело слушать эти безвкусные бредни, о чем он тактично намекнул своему другу:

- Даже мне надоело слушать эти безвкусные бредни! – заявил Потрос, весело глядя сытыми глазами.

- А ты бы молчал, лучше расскажи-ка, что случилось с госпожой де Баллон и ее матерью госпожой Гарпией де Горгон! – пристыдил своего друга обозлившийся гасконец.

- Какой-такой Баллон-Горгон, не знаю ниче! – с отсутствующим взглядом заявил Потрос.

- Я имею в виду твоих горячо любимых жены и тещи. Я их что-то давно не видел, - напомнил другу Д’Арнатьян.

- А, эти, - искра узнавания мелькнула в его глазах. – Я их, м-м-м, потерял несколько лет тому назад, - попытался изобразить горестное выражение лица Потрос.

- Какое горе, потерять свою жену в расцвете лет, и ее маму, а что с ними случилось-то? – решил доконать друга Д’Арнатьян.

- Я же сказал, потерял! – объяснил Потрос. – Заехал с ними в лес и потерял, - продолжая попытки изобразить скорбь, поведал он. – Искал, искал, но так и не нашел, - слезы не то счастья, не то горя, хлынули из его глаз.

- Мои поздравления, в смысле соболезнования, - позевывая, сказал гасконец.

Повздыхав, наши герои начали готовиться ко встрече с друзьями.

- Сколько лет мы не виделись с нашими друзьями, и вот, такая встреча вчера, - горестно произнес Д’Арнатьян, заряжая свои пистолеты.