— Например?.. — в голосе Рафа слышится угроза, он приподнимается в кресле.

— Например? Да мало ли… — Тит неопределенно крутит рукой в воздухе.

— Может, ты знаешь, — выкрикивает Раф, — чему в наше суровое, вконец развинтившееся время должна посвящать себя творчески одаренная личность? Не метлой же мне, в самом деле, махать, я ведь, как-никак, работник умственного труда, элита общества, — голос Рафа звучит напыщенно. — Мне и так приходится, чтобы заработать на хлеб, водку и зрелища, наступать на горло собственной песне и читать лекции юным дарованиям, будущим великим писателям и поэтам, чтоб им провалиться сквозь землю! Эти дети двадцать первого века имеют настолько туманное представление об окружающем мире, что у меня просто мозги вскипают от бешенства! По их мнению, телевизор и телефон как бы изобрели еще при Наполеоне Бонапарте, а сам Наполеон жил как бы в эпоху раннего Средневековья, которая длилась как бы сто лет и закончилась как бы накануне Второй мировой войны. Знал бы ты, какой винегрет в головах этих бедуинов с Тверской…

— Это всё американец гадит!

— При чем здесь Америка?! У нас своих дураков хватает…

— Нет, нет, не скажи, это всё тлетворное влияние дядюшки Сэма: заокеанский стиль, американ модус вивенди.

Раф с обречённым видом машет рукой.

— Послушал бы ты, как они говорят! Каждое предложение у них заканчивается риторическим вопросом "да?". "Да?..", спрашивают они у самих себя каждый раз, когда у них возникают проблемы с продолжением…

— Не понимаю…

— Поясняю: раньше так говорили грузины в кино. Например: "Конфета! Давай познакомимся, да? "Таганка" пойдем, да? Ресторан посещать будем, да? Гулять-танцевать будем, да? Шашлык-машлык кушать будем, да? Понимаешь, да?". Это и ещё бесконечные "как бы" выводят меня из себя! Это дурацкое "как бы" — визитная карточка целого поколения.