И остановить Деда, кроме как ударив перфоратором по инфантильной балде, было невозможно. Он взахлеб рассказывал о том, что "скоро мы сделаем сорок тыщ фальшивых пластиковых карточек", показывал жестами, как эти карточки "мы будем совать в банкоматы и забирать деньги, которые украли у рабочих банкиры-монополисты". И так далее, и тому подобное. Хоть снимай на видео и демонстрируй студентам, готовящимся стать психиатрами, в качестве интереснейшего клинического случая.

Танцор прекрасно понял, что сейчас начнется в подвале. Переглянулся со Следопытом. И они, дабы ошеломить врага внезапностью, без всяких словесных прелюдий кинулись в бой.

Первые тридцать секунд удача была на стороне команды Танцора. Один бандит лежал на полу, приходя в

себя от удара по голове перфоратором. Двое других все никак не могли понять -- почему же бьют их, в то время как должны были бить они.

Однако вскоре их неповоротливые нейроны выстроились в нужную схему и начали посылать в конечности правильные сигналы. А сраженный перфоратором наконец-то поднялся, страшно возмутился и начал наступать на обидчиков.

И хоть Танцор когда-то изучал в Щукинском училище карате, но его движения были более декоративны, чем эффективны. И хоть Следопыт в своем ментовском прошлом эпизодически тренировался на живых людях, но сказывалось длительное отсутствие практики. И хоть ботинки Стрелки были стремительны и тяжелы, но она была женщиной.

Что же касается Деда, то он считал себя интеллектуалом и драться не мог ни при каких обстоятельствах, не желая рисковать самым дорогим, что у него было, -- головой. Испуганно жался в углу и Кривой Чип, воля которого была уже давно подавлена таганским криминалитетом.

В общем, результат драки был предрешен. Кого-нибудь сгоряча, скорее всего, убили бы. Оставшихся посадили бы на цепь и заставили клепать карточки для банкоматов.