- Зато как быстро вы навели порядок.

- Вот это преданность! В таком дурацком положении и то нашла чем восхищаться.

- Все равно, - восторженно вздохнула она. - Вы держались просто замечательно.

Она стояла перед ним, такая юная, свежая, что ему вдруг захотелось после долгого, трудного дня прижаться распухшей щекой к ее щеке.

С этим желанием и с синяком под глазом он назавтра уехал в Нью-Йорк; синяк рассосался, а желание осталось. Потом они перебрались играть в Нью-Йорк, и как только он увидел, что вокруг нее теснятся другие мужчины, привлеченные ее красотой, для него весь этот спектакль стал - она, и этот успех - она, и в театр он теперь приезжал ради нее одной. Спектакль играли весь сезон, а когда закрылись, Билл Мак-Чесни слишком много пил и особенно нуждался в участии близкого человека. Неожиданно в начале июня в Коннектикуте они поженились.

3

Двое сидели в баре лондонского "Савоя" и убивали время. Подходил к концу месяц май.

- И симпатичный он парень? - спросил Хабл.

- Очень, - ответил Бранкузи. - Очень симпатичный, очень красивый, и все его любят.

Помолчав, он добавил:

- Вот хочу вытащить его домой.

- Не понимаю, - сказал Хабл. - Разве здешние театры могут сравниться с нашими? Чего он здесь торчит?

- Он водит дружбу с герцогами и графинями.

- А-а.

- На той неделе я его встретил, с ним были три важные дамы: леди Такая-то, леди Сякая-то и, леди Еще Какая-то.

- Я думал, он женат.

- Уже три года, - сказал Бранкузи. - Есть ребенок, ждут второго.

Он замолчал, потому что в эту минуту вошел Билл Мак-Чесни. На пороге он демонстративно огляделся по сторонам - у него было очень американское лицо и высоко подложенные плечи.

- Алло, Мак. Познакомьтесь, это мой друг, мистер Хабл.

- Привет. - Билл сел и продолжал разглядывать присутствующих. Хабл вскоре ушел. - Что за птица? - спросил Билл.