Он решил, что будет биологом после того как прочел Поля де Крюи "Охотники за микробами". Конечно, мама права. Поэтом стоит быть только гениальным. А ученым можно быть любым — важно просто все время работать. У него есть уже маленький микроскоп; мама дала деньги, и он сам купил его в "Учебных пособиях" на Неглинной.

Стихи он, конечно, писать будет, но только для себя и для друзей.

Второе важное событие — он поцеловался. И не с кем- нибудь, а с Соней Гурвич, самой красивой девчонкой в классе. За ней все ребята бегают, а он, может быть, даже влюблен. Поцеловал он ее на катке в Парке культуры. У него это было в первый раз, а у нее, наверное, нет, потому что Соня сказала, что он не целуется, а клюет. Но во второй и в третий раз вышло гораздо лучше. Он потом написал об этом стихи, они немного приукрашены, но Соне понравились.

Хлопья белые мягкого снега, Электричеством залитый лед, Наслажденье скользящего бега, Неожиданный поворот. Рядом девушки стан и плечи, Мы в летящей толпе одни, Пронесется над Парком вечер, А когда погаснут огни, Замолчат надоевшие трубы, На скамейку тихонько увлечь И, прочтя позволенье, обжечь Поцелуем холодные губы.

Плохо только "прочтя позволенье". Где «прочтя»? В глазах, во взгляде? Не получилось. Он все-таки еще плохо отделывает стихи.

Случилось еще одно важное событие, но об этом после.

Они живут в Москве, в большом сером доме на углу Лихова переулка и Садовой. Они — это папа, мама, он и его сестра Надя. Наде уже двадцать три. У них отдельная четырехкомнатная квартира. У него своя маленькая комната, в другой, побольше, Надя, потом мамина и папина спальня и еще самая большая комната, где никто не живет.