Подойдя к двери, она занесла руку, чтобы постучать, но вдруг замерла. Дверь была закрыта неплотно, и из кабинета послышался знакомый старушечий голос, он произнес:

– Нет, полковник, о большем и не просите.

– Хорошо, – ответил после паузы мужской голос. – Матильда Петровна, я благодарен вам за все, что вы для нас делаете. Но эти воришки и обкуренные хулиганы… понимаете, все это слишком мелко. Вот если бы вы помогли нам найти настоящего маньяка… Хотя бы самого завалящегося.

– Полковник, не наглейте. Где я вам возьму маньяка? Они, по-вашему, как грибы растут?

– В таком большом городе, как наш, и ни одного маньяка? Ни за что не поверю. Вон на улице Парижской Коммуны третьего числа ограбили девушку.

– У нее просто отняли сумку с продуктами.

– Но она утверждает, что ее чуть не изнасиловали!

– Девочка просто выдает желаемое за действительное.

– Вечно вы спорите, Матильда Петровна. Ну, хорошо, отложим этот разговор на потом.

– Я могу идти?

– Конечно. Еще раз спасибо за помощь.

В кабинете скрипнул стул, и по полу зашелестели легкие шаги. Женя отскочила от двери и прижалась спиной к стене.

Дверь распахнулась, и в коридор вышла невысокая приземистая старуха с морщинистым лицом и крючковатым носом. Остановившись, она вперила в дрожащую Женю черные, пронзительные глаза и хрипло проговорила:

– Ты?

– Я, – выдохнула Женя.

Старуха окинула ее гневным взглядом и проворчала:

– Совсем меня забыла. Чего сюда-то приперлась?

– У меня жених пропал, – упавшим голосом пробормотала Женя.

– Жених?

– Да. – Женя всхлипнула. – Его фокусник украл.

Старуха пристально вгляделась в ее лицо и хмыкнула:

– Ну, так здесь тебе не помогут. Приходи сегодня вечером ко мне. Вместе и придумаем, что делать. Придешь?

– Приду.