А ругается как! Через каждое слово — мат! Но с виду о Маринке никогда не скажешь, что она блатная. Главное в её лице — большущие синие глаза. Я всегда себе представляла такие глаза у Мальвины. Лицо грубовато, но кожа — прекрасная. Маринка невысокого роста, но фигура у неё очень пропорциональная, и она не кажется ниже остальных девчонок. Ведёт она себя, конечно, развязно, но на самом деле очень стеснительная. А когда что говорит, то таким спокойным и уверенным голосом, будто иначе и быть не может. Но Мама её не любит, и я прошу Маринку всегда звонить перед приходом из автомата. Пусть приходит, когда Мамы нет дома.

Шестнадцатое апреля.

Из дневника Миши.

Я никогда не спешу домой после училища. Но всё-таки спускаюсь в метро и через десять минут я на Васильевском. Сегодня получил только одну двойку — уже достижение. В нашей группе тридцать человек, но бывает не больше двадцати пяти. Кто болеет, кто прогуливает. Я хотел слинять с двух последних часов — была спецтехнология, но на выходе дежурил мастер, и ничего не вышло. Спецуха — очень дурная наука. Преподаватель читает, а мы записываем: «Процессом резания древесины называется пиление. Элементы стружки — опилки…» И так два часа. А преподаватель любит вызвать к доске и издевается, пока ты ему отвечаешь. Не огрызнёшься — поставит тройку, а не двойку, если ни фига не знаешь. Он себя считает самым умным. Да все, наверное, так считают. Я спускаюсь в метро, а навстречу непрерывно едут люди, и каждый думает, что он и есть самый умный. На уроках эстетики вообще маразм. Первый час преподавательница рассказывает о чём-нибудь, зачитывает какие-нибудь определения, а ведь не она их и выдумала. Второй час мы записываем то, что она нагородила. Дома заучиваем. Но я думаю, что у каждого должен быть свой взгляд на искусство, любовь. А как он у нас будет, когда она так делает? Учебный год кончается, а в музее мы были только раз — в Доме научно-технической пропаганды. После занятий нас согнали на лекцию.