Ну так вот. Мы с Блаунтом привезли в Мексику рекомендательные письма к «императору». Они нам помогли и позволили получить должности в императорской армии. Впрочем, в званиях нас не повысили, совсем напротив: я был назначен капитаном, а Блаунт – первым лейтенантом. Так что нас не повысили, а понизили; впрочем, это нас не особенно интересовало.

Хуже всего были рядовые, которыми нам пришлось командовать. Назвать их солдатами значит опозорить это слово; и их лошади – отряд был кавалерийский – вполне соответствовали хозяевам: маленькие косматые мустанги, большинство Россинанты в миниатюре. Когда мы с Блаунтом впервые увидели их на площадке для маневров, то едва не рассмеялись. Контраст между ними и нашей прежней частью «кавалеристов в сером» был так велик, что заставлял смеяться над нелепостью. Отряд оказался сбродом, в котором встречались представители всех национальностей. То, что осталось, после того как Луи Наполеон струсил и улизнул из Мексики. Бедный Макс! Я говорю бедный, потому что его стоит пожалеть. Каковы бы ни были его амбиции, он желал добра мексиканскому народу; и никого не обманывали так подло, как Базен его. Ясный случай лисы и козла отпущения: роль лисы сыграл француз, а роль козла – австриец. Потому что, уводя свои войска – не неторопливо и упорядоченно, а поспешно, кружным путем через Оризаву, – Базен все время слал покинутому нерешительному императору подбадривающие сообщения, чтобы самому уйти беспрепятственно, пока он со своими приближенными не оказался в безопасности на кораблях (Максимилиан – эрцгерцог австрийский, которого Наполеон III уговорил принять корону Мексики. Максимилиан оказался не в состоянии вести борьбу со своим противником президентом Мексики Хуаресом. Преданный своим главнокомандующим французским генералом Базеном, он был расстрелян в 1867 году. – Прим. перев.).