В наследие Павлу досталось упрямое сопротивление польских помещиков всякому изменению их прав, в том числе и над евреями, и права суда над ними, какие они имели в Польше, и ещё злоупотребляли ими без границ. Так, в жалобе бердичевских евреев на князя Радзивила писалось: "Чтобы иметь своё богослужение, долженствуем платить деньги тем, коим князь отдаёт в аренду нашу веру"; а о бывшем фаворите Екатерины Зориче, что он "оставил без платежа один только воздух"132. (При Польше иные местечки и города были владельческие - и владелец устанавливал свои дополнительные произвольные поборы с жителей.)
С первых же годов Павла разразились сильные голоды в Белоруссии, особенно в Минской губернии. Гавриил Романович Державин, тогда сенатор, был уполномочен поехать на место, выяснить причины голода и устранить его - притом не было ему дано средств на закупку хлеба, но дано право отбирать имения у нерадивых помещиков и использовать их запасы для раздачи.
Державин, не только наш выдающийся поэт, но и незаурядный государственный деятель, оставил свидетельства уникальные и ярко изложенные. Рассмотрим их.
Голод, обнаруженный Державиным, оказался - крайний. Как он пишет: "приехав в Белоруссию, самолично дознал великий недостаток у поселян в хлебе... самый сильный голод, что питались почти все пареною травою, с пересыпкою самым малым количеством муки или круп"; крестьяне "тощи и бледны, как мёртвые". "В отвращение чего, разведав у кого у богатых владельцев в запасных магазейнах есть хлеб", - взял заимообразно и раздал бедным, а имение одного польского графа, "усмотря таковое немилосердое сдирство", приказал взять в опеку. "Услыша таковую строгость, дворянство возбудилось от дремучки или, лучше сказать, от жестокого равнодушия к человечеству: употребило все способы к прокормлению крестьян, достав хлеба от соседственных губерний.