ГИТЕЛЬ (сердито): Не беспокойтесь, я позабочусь! У меня есть свои планы.

ДЖЕРРИ: Какие же у вас планы?

ГИТЕЛЬ: Разные! Сейчас я начинаю работать с этим Ларри, мы хотим сделать настоящую балетную программу, черт возьми, мы может стать знаменитостями! Я ищу, где бы недорого снять какой-нибудь чердак. Я бы оборудовала его под студию да еще сдавала кому-нибудь для балетных классов. Не говоря уж о том, что я, может, буду делать костюмы для одной постановки Оскар вступил в новую труппу, он говорит, что, наверное, сможет...

ДЖЕРРИ (бесстрастно): Ничего из этого не выйдет.

Это так похоже на правду, что на мгновение Гитель теряется.

ГИТЕЛЬ (яростно): Ну, тогда я придумаю что-нибудь другое! Что вы ко мне пристали?.. Почему вы меня изводите?

ДЖЕРРИ: Хотите знать правду?

ГИТЕЛЬ: Да!

ДЖЕРРИ (ровным тоном): Потому что вы мне кажетесь занятной. Жизнь коротка, и раз уж вы прожигаете ее, как матрос на стоянке в порту, то можете потратить часть и на меня, но я, вероятно, не доставлю вам ничего, кроме огорчений: сегодня я здесь, а завтра меня нет, и мне ни к чему брать на себя ответственность за маленькую простодушную дуреху, вроде вас. Одним словом, вот так.

ГИТЕЛЬ (сердито): Что значит "простодушная", умник?

ДЖЕРРИ: Неискушенная. Наивная.

ГИТЕЛЬ: Идите к черту! В шестнадцать лет я уже снимала себе комнату в Гринич-Вилледж. Как вы думаете, для чего? Чтобы играть в куклы? Сколько всяких слов, а на самом деле вы, наверное, просто трусите!

ДЖЕРРИ (после паузы, спокойно): Вы с ним живете?

ГИТЕЛЬ: С кем?

ДЖЕРРИ: С Мистером Америка. С Ларри.

ГИТЕЛЬ: Но он же танцовщик.

ДЖЕРРИ: Это я знаю.

ГИТЕЛЬ: Мы с ним дружим. Но боже мой, неужели вы думаете, что у меня... такие наклонности? (расширив глаза) А может, вы сами такой?..