ДЖЕРРИ: Остаться?

ГИТЕЛЬ: По крайней мере, выспитесь. А утром вам будет лучше.

ДЖЕРРИ: И выставить вас вон?

ГИТЕЛЬ: Ну почему же вон! Я на том диванчике отлично улягусь. А вы... у вас такие длинные ноги...

ДЖЕРРИ: Да.

Гитель с интересом глядит на его длинные ноги. Когда глаза их встречаются, оба словно впервые видят друг друга по-настоящему. Их неожиданно словно обдало какой-то теплой водой, и оба смутились.

ДЖЕРРИ: И правая, и левая.

ГИТЕЛЬ: Ладно, я пока что... Ничего, если я оставлю вам свою простыню? (сдергивает покрывало, берет одну из подушек) Я вчера только постелила чистую и мылась в ванне.

ДЖЕРРИ: Конечно, ничего. Очень мило, что вы предложили мне ночевать у вас. Нелепо, правда, но...

ГИТЕЛЬ: Почему нелепо? У вас паршивая кровать, завтра вы купите керосину и промажете все щели в стене...

ДЖЕРРИ: Гитель, вы удивительно славная девушка.

ГИТЕЛЬ (растерянно): Вы тоже... уборная там, на лестнице...

ДЖЕРРИ: Но я, собственно, предлагал разделить с вами постель.

ГИТЕЛЬ: А я предлагаю вам только одно - как следует выспаться, а утром...

ДЖЕРРИ: А утром мне будет легче. Без сомнения.

ГИТЕЛЬ (слава богу, все улажено): Ну, располагайтесь. (берет в охапку подушку, покрывало и какие-то вещи, идет в кухню. Зажигает там свет)

ДЖЕРРИ: Гитель!

ГИТЕЛЬ (из кухни): Да?

ДЖЕРРИ: Я не могу.

ГИТЕЛЬ: Подождите, у меня руки заняты!

ДЖЕРРИ (пауза): Сумасшедшая! (тем не менее удобная постель притягивает к себе его взгляд; он с досадой отворачивается) Гитель!

Гитель появляется в дверях кухни, все еще держа в руках вещи.

Послушайте, согласитесь, что с моей стороны было бы просто моральной слабостью остаться здесь после того, как...

ГИТЕЛЬ: Но сегодня же ваш день рождения! (скрывается в кухне)

ДЖЕРРИ (обдумывает этот довод, потом глядит на кровать, обводит взглядом комнату и вздыхает): Гитель!

Гитель показывается в дверях.

(смиренно) Мне в самом деле остаться?