ГИТЕЛЬ: С ума сойти! (не знает, что делать, затем бросается к телефону и берет трубку) Подождите, у меня там кипит! (мчится в кухню, выключает газ и возвращается) Молоко сбежало, всю плиту залило, проклятое. Да, алло!
Гитель сидит, закрыв глаза и прижав трубку ко лбу.
Алло!
Гитель прикладывает трубку к уху.
Алло, есть там кто-нибудь?
ДЖЕРРИ: Нет.
ГИТЕЛЬ: А?..
Джерри кладет трубку.
Эй! (смотрит на трубку, потом кладет ее и, с досадой махнув рукой, идет в кухню. Разбавляет горячее молоко в кастрюльке холодным из бутылки; остановившись на пороге, отпивает глоток-два и вдруг бежит к телефону)
ДЖЕРРИ (шагает по комнате; заметив кровь на пальцах, обматывает руку носовым платком; он полон ненависти к себе): Ну, червяк с разбитым сердцем, начинай же новую жизнь, борись за себя! (оглядывает голую комнату и язвительно отвечает себе) А с чего ее начинать и с чем бороться? С воскресными приложениями газеты "Нью-Йорк таймс". (сталкивает с кушетки чемодан, ложится на живот и одну за другой начинает вытаскивать из-под кушетки скопившиеся там газеты, отшвыривая их в сторону)
ГИТЕЛЬ (говорит по телефону): Софи? Оскар дома?.. Слушай, этот его вчерашний приятель, длинный, в берете... какой номер его телефона?.. Слушай, деточка, не знаю, в каком месте ты держишь свои мозги, но все-таки попробуй ими шевельнуть, ведь, наверно, у Оскара где-то записано!..
ДЖЕРРИ (его ноги свисают с кушетки, он подтягивается вперед и стукается головой об стенку. Встает и уныло разглядывает кушетку): Если человек длиннее кушетки, надо сменить человека. (приставляет к кушетке чемодан и, снова улегшись, вытаскивает последние газетные листы)
ГИТЕЛЬ (записывая): Шестьдесят девять... Что?.. Да-да-да, страшно интересно, прощай. (не кладя трубку, нажимает на рычажок и сейчас же набирает номер)
В комнате Джерри звонит телефон.
ДЖЕРРИ (поднимает голову, недоверчиво смотрит на аппарат, и, только дождавшись второго звонка, берет трубку; осторожно): Да?