– Вовка, ты пионер? Давай первым!

Я быстренько – нырсть в склад… выбираюсь по ту сторону ворот. Встаю, оглядываюсь: «Ёк-макарёк!..». Ящики кругом и коробки, коробки, коробки… целый склад. Потолок высоко-о. И запах: дурманящий… сладкий… вафельный. Хожу между рядами, задрав голову, озираюсь.

Сикося мне с улицы:

– Ну, что там?

– Коробки…

– Читай, что на этикетках написано…

Прочитаю, подбегу к воротам:

– Вафли, печенье…

– Дальше смотри!

Я опять вглубь склада. А там сумерки: свет проникает только через щели в стенах да под воротами. Рву коробки, нащупываю пальцами содержимое и бегом с донесением к Сикосе:

– Пряники! Мармелад!

– Не то. Пошарь в другом углу… ищи вкусней!

Глаза понемногу привыкают. На одной наклейке пытаюсь разобрать: буквы русские, название – чужое. Ни разу такого не слышал. Не могу прочитать, бегу к воротам:

– Нерусское слово какое-то.

– Тащи сюда.

Волоком подтаскиваю коробку к самому проёму.

– Читай!

– Каа-рра-кум… «Кара-кум» какой-то. Конфеты.

Сикося довольный:

– Неслабо!

Пихаю коробку под ворота, они оттуда тащат, не пролазит.

– Сминай!

Прыгаю на ней, не хватает веса смять – лёгонький.

– Открывай, по карманам рассуём.

Разрываю картонку:

– Здесь тоже коробочки…

– О! Подарочные конфеты.

Передаю ему.

– Всё, харэ! Затарились.

Выбираюсь наружу, коробки под рубахи – и дёру. Добегаем до забора, один за другим – в дыру, к железной дороге. За насыпью – Парк коммунизма: берёзы насажены, ивы, бузина. Ныряем в густые заросли – мы в безопасности. Валимся на траву, открываем коробки, запихиваем конфеты в хохотальник. Не по одной, сразу по нескольку штук. Сидим, смеёмся с набитыми ртами. День гаснет, а мы светимся от счастья светлячками! «Нашару» нарубались шоколада! Для нас это не кража вовсе – приключение. Мы не лакомство «спионерили» – партизаним так!