— Ах, няня, без тебя все пойдет вдвое хуже, — печальным голосом ответила Лида.

— Вот тебе на!.. Утешила меня, старую, нечего сказать! — заметила, покачав головой, няня.

— Да уж я знаю, без тебя все мои несчастья начнутся. Что же мне делать, если я такая… дурная. Уж я не могу!.. Право, не могу!

— Вздор! — начала было няня, но в эту минуту пришла снизу Милочка и объявила, что мама просит привести детей пить молоко в столовую. Все были уже готовы и вместе с няней отправились по лестнице вниз.

Внизу началась обычная предотъездная суматоха. Дмитрия послали аа извозчиками на железную дорогу. Чемодан и саквояжи стали перетаскивать в сени. Молодая, вертлявая горничная Аксюша суетилась, бегала взад и вперед, выносила в переднюю узелки и картонки. Няня, с дорожною мужскою сумкой через плечо, в накрахмаленном белом чепце и новых скрипучих башмаках, расхаживала по комнатам, делала наставления Аксюше и Матрене и осматривала, все ли припасено, не забыто ли что-нибудь.

В столовой все сидели за завтраком.

Мама казалась еще бледнее в дорожном темно-синем платье. Милочка была совсем серьезная, сидя в последний раз на своем обычном месте за самоваром.

— Будьте же добрыми, умными детьми без меня, — говорила тихим, милым голосом мама, обнимая Жени. — Пусть, когда я приеду, мне скажут про вас, что вы были послушными, славными. Папу не беспокойте, не огорчайте. Завтра или послезавтра приедет тетя Катерина Петровна. Пока меня не будет, она будет вам вместо меня.

— Вместо тебя, мама? Как это? — удивилась Лида.

— Значит, ее нужно любить и слушаться так же, как меня.

— Ну уж это ни за что, — с негодованием закричала вдруг Лида. — Я ее ни капельки не люблю, не то что как тебя. Я ее совсем не могу любить, она ужасно против…

Мама с таким беспокойством и так печально взглянула на Лиду, что Лида не договорила и опустила голову.

— Поди сюда ко мне, Лида, — позвала ее мама. Лида медленно подошла.