— Наши — круче! Ты, к слову, не член КПРФ?

— А ты?

— Упаси Боже! Социалист-протестант. С правым уклоном.

— И я не против богатых. Я за то, чтобы бедных не стало… Жаль, у молодежи — потребительская психология. Но в «силиконовой долине» хлеб не вырастишь и совесть не пробудишь. Компьютерная революция не решит проблем. У такой России незавидное будущее.

— Будущее — это дети и внуки… То, о чем разглагольствуем, от нас не зависит.

— Я отношусь к истории серьезно. Для меня она — фундамент… Об этом и у Карамзина: «Должно знать, как искони мятежные страсти волновали гражданское общество и какими способами благотворная власть ума обуздывала их бурное стремление, чтобы учредить порядок, согласить выгоды людей и даровать им возможное на земле счастие».

— Полная утопия! У нас это «не катит», как сейчас говорят. Вообще молодым история Отечества «до фени». Многие слыхом не слыхивали, какую такую Победу мы отмечаем 9 Мая!

— Наша извечная беда в том, что отрекаемся легко и беспощадно. За последний век сколько раз предавали! Сначала царя низвергли, затем, в гражданскую, отказались от воинских присяг и убивали однополчан. В тридцатые не друзей ли, партийных соратников, предавали анафеме, чтобы удержаться у власти? В Великую Отечественную тысячи красноармейцев служили в вермахте… Потом «культ личности», смещение Хрущева… Горбачев, могильщик Союза… Наконец, ельцинский переворот, расстрел Думы…

— Диалектика, милый мой. Закон отрицания отрицаний… — поучительно заметил бывший партиец.

Домработница принесла на серебряном подносе бутылку с желтоватой жидкостью, два бокальчика и нарезку рокфора. Хозяин плеснул гостю, себе налил до краев и, склонясь, заговорщицки прошептал:

— Пусть мы не гусары, но и не старцы, понимаешь. У меня подружка в налоговой на двадцать лет моложе. Я ее «наложницей» зову… За встречу!