— Мы не виделись с тех пор, как вы расстались с Джошем. Как жаль. Вы так прекрасно подходили друг другу! — Тоня скорбно склоняет голову. — Разве они не выглядели идеальной парой, мама?

— Что ж, из этого ничего не вышло, — пытаясь казаться беззаботной, бросаю я, — так что…

— Почему не вышло? — Олений, нежный взгляд, свидетельствует, что сестрица от души наслаждается разговором.

— Бывает, — пожимаю я плечами.

— Всегда есть причина, верно? — Тоня не знает жалости. — Неужели он не объяснился?

— Тоня, — мягко обрывает папа, — стоит ли выяснять это сейчас?

— Папа, я просто сочувствую Ларе, — оскорбляется Тоня. — Всегда лучше проговорить такие вещи вслух. У него что, была другая?

— Не думаю.

— Вы хорошо ладили?

— Вполне.

— Тогда почему же? — Она скрещивает руки на груди, изображая одновременно мировую скорбь и мирового судью. — Почему?

«Я не знаю почему! — хочется заорать мне. — Я сама задаю себе этот вопрос по десять раз на дню!»

— Это случается сплошь и рядом! — вымучиваю я улыбку. — Я отношусь к таким вещам спокойно. Достаточно смириться, принять все как должное, и жить сразу становится легче. Сейчас я почти счастлива.

— Ты не выглядишь счастливой, — встревает Диаманта. — Правда, мама?

Тетушка Труди несколько секунд изучает меня.

— Нет, — заключает она безапелляционно, — она не выглядит счастливой.

— Главное, что у человека внутри. А внутри я счастлива. Я очень, очень, очень счастлива. — Чувствую, как на глаза наворачиваются слезы.

Господи, за что ты наградил меня такими родственниками?

— Тоня, дорогая, присаживайся, — тактично предлагает мама. — Как прошел визит в школу?

С трудом сдерживая слезы, притворяюсь, будто проверяю сообщения на мобильнике. И прежде чем успеваю сообразить, что делаю, я влезаю в меню «Фото».