— Не говорил ли он вам когда-нибудь, — произнес Дэвид с какой-то странной дрожью в голосе, — … не говорил ли он вам когда-нибудь о маленькой речке, о притоке Файрпен?

— Файрпен… Файрпен, — пробормотал отец Ролан. — Тэвиш рассказывал мне о многих местах, но такого названия я не помню. Файрпен! Постойте, он говорил! Я теперь вспомнил. Он жил там один год, тот год, когда он перенес оспу. Он едва не умер там. Мне хочется, Дэвид, чтоб вы встретились с Тэвишем. Мы остановимся на ночлег в его хижине. Он любопытный тип.

Внезапно он вернулся к вопросу Дэвида, спросив:

— А что вы хотите знать о реке Стайкайн и Файрпен-Крике?

— Я читал об этих местах и заинтересовался ими, — ответил Дэвид.

— Судя по тому, что говорил Тэвиш, это очень дикая страна. Однако шестьдесят лет тому назад, во время золотой лихорадки, там, наверно, было много белых. Я думаю, теперь их там немного. Тэвиш сможет дать вам точные сведения: он вернулся оттуда только в сентябре прошлого года.

Дэвид больше не задавал вопросов и все свое внимание перенес на рыбу. В это время во дворе раздался лай лисиц, постепенно перешедший в настоящий рев. Торо улыбнулся.

— Я должен был накормить лисиц еще два часа тому назад; а они знают время кормления, — объяснил он.

Встав из-за стола, он произнес, обращаясь к Дэвиду:

— Я сейчас буду их кормить. Может быть, вы хотите посмотреть?

Вместо Дэвида ответил отец Ролан.

— Через десять минут мы будем готовы. Пойдемте со мной Дэвид. Я для вас кое-что приготовил.

Они вошли в маленькую комнату, в которой провел ночь отец Ролан. Указав рукой на свою кровать, он произнес: