- Я всегда буду любить тебя, - сказал Энгель, обнимая ее плечи и нежно чуть касаясь губами ее лба. - Я давно полюбил тебя. - Мы всегда будем вместе, да? - спросила она, прижимаясь щекой к еле душистой, прохладной, как гладкий сафьян, груди. - Мы всегда были вместе. - Ты не уйдешь? Мне кажется, я столько искала тебя. - А я столько времени был рядом. - Пока я заметила, где ты стоишь. Удивительно. Помнишь, как ты тогда подал мне руку, а я и не знала, что обнимая твои пальцы, можно найти то, что хотела... - Нет, нет... - Ты мой ангел, - сказала Софа, а он улыбнулся, как будто они узнали друг друга, когда ее пальцы ласкали под тканью его стройное тело и у пояса задержались, едва застыв. - Ты мой ангел, - повторила она, совсем тихо. Она вдруг поцеловала его губы, а он закрыл глаза, и ее рука незаметно спустила ему пояс и, холодея, пошла вниз по животу, где, как и следовало бы ждать, ничего не было.

- Ни волоска? - зато трубы, одна выше другой в сумерки, падали водостоком на тротуар. Голос Семена прыгнул Софе из-за спины на плечи, и черная струйка, когда она обернулась, ее кофе поползла по его пальто под перезвон колокольчиков, а у стоящей напротив девушки из воротника выбежала стальная крыса и тут же скрылась обратно, в рукав. Семен выпил коньяк и поцеловал Софе руку. - Это высохнет. Ничего страшного, в наши дни больше людей не испытывают потребности ни в каких отправлениях и любит скорее спасать, чем спасаться. Это рентабельно. Что меня беспокоит, это то, сколько крыс развелось в городе. - Что, теперь будет вымирание? - безнадежно и не совсем искренне огорчилась Софа. - Боюсь, нет. Замеченный тобой казус, конечно, от непривычки шокирует. И все же, кругом перемены. С тех пор, как мы все, слева направо, ощущаем духовность и плюрализм, все больше людей чувствует и пробуждение ранее скрытых качеств ангелов. То ли будет, как пишут, лет через десять...