— В Хэдли? Но что человеку делать в Хэдли в пять часов утра?

— Примерно в это время Вашингтонский скорый останавливается там, чтобы взять воду, — тихо сказал он.

— Действительно, — подтвердил я. — Я много раз слышал этот поезд, когда мне не спалось. Слышал, как он подходит к станции, а минуту-другую спустя часы на методистской церкви отбивали пять. — Я вернулся к столу, чтобы заглянуть в расписание. — Этот экспресс отправляется из Вашингтона в двенадцать сорок семь и прибывает в Бостон в восемь утра.

Ники все еще стоял у карты, измеряя расстояния карандашом.

— От Хэдли до мотеля «Олд-Самтер» ровно девять миль, — объявил он.

— «Олд-Самтер», — эхом откликнулся я. — Но тогда вся наша теория трещит по швам. Найти там транспорт не труднее, чем в городе.

Ник покачал головой.

— Машины заперты на стоянке, и открыть тебе ворота может только работник мотеля. Он запомнил бы любого, кто выехал бы оттуда в столь необычное время. В этом заведении весьма консервативные порядки. Нет, наш клиент ждал в своей комнате звонка из Вашингтона с сообщением о каком-то пассажире экспресса — возможно, о номере его вагона и купе. Потом он мог украдкой выбраться из гостиницы и пойти пешком в Хэдли.

Я смотрел на него, как загипнотизированный.

— Совсем нетрудно проникнуть в поезд, пока он берет воду, а если тебе известны номер вагона и купе…

— Ники, — торжественно сказал я, — баллотируясь в окружные прокуроры, я обещал избирателям соблюдать строгую экономию, но сейчас я намерен потратить деньги налогоплательщиков на междугородный звонок в Бостон. Это смешно, это нелепо, — но я это сделаю!

Его маленькие голубые глазки заблестели, и он облизнул губы кончиком языка.

— Давай, — хрипло произнес он.

После короткого разговора я опустил трубку на рычаг.