- Да. Вот эту водичку.

Она ловко наполнила пластиковый стакан и покатила тележку назад.

Нет, Юля, нет, Ирочка, вы здесь ни причем. Просто этот безликий для вас день, не чей-либо, а мой личный день. У каждого бывает в жизни хотя бы один такой день, когда ангелы отпускают поводья, когда все отменено, и все привычные схемы не действуют. У вас тоже когда-нибудь случится ваш собственный день, и никто вам ничего не скажет. А этот день мой. И хватит об этом!

Вернувшись к пакету, я обнаружил несколько фотографий, завернутых отдельно. На них в основном фигурировал Петр, то играющий в песочнице, то кормящий с руки какого-то востроносого зверька в зоопарке, а то и смотрящий из красного круга, что оставил на общей детсадовской фотографии шпионский полковничий маркер. Были также фотографии официальных людей, некоторые лица показались мне знакомыми. И еще: уменьшенные фото газетных страниц с политикой, катастрофами, спортом и т.д.

Одна показалась мне интересной. Под фотографией шел текст на английском, сообщавший, что российское официальное лицо такое-то присутствовало со своим семейством на презентации, посвященной увековечению русского политического деятеля такого-то в музее восковых фигур. (Я наврал полковнику, я уверенно читаю без словаря, и вполне сносно изъясняюсь.) Лицо резало красную ленточку, супруга лица изображала безбрежную улыбку, держа при этом за руку... я пригляделся...

это был Петр. Он смотрел в сторону.

Я подумал, что если закрыть глаза и так немного посидеть, ни о чем не думая, то я все пойму. Некоторое время я ожидал... тщетно. Ну что ж, нет так нет. Я сложил фотографии обратно в пакет, вытянул ноги и закрыл глаза уже по настоящему, вздремнуть ради. До скорого, мысленно расстался я с разгадкой.

"... граждане пассажиры, пристегните ваши ремни". Я открыл глаза, но стюардессы на этот раз рядом не оказалось, наверное, с микрофоном все наладилось.