- У вас тоже неплохо.

- Нет. У нас тебе не место.

- Почему?

- Ты не спрашивай, ты слушай. На другом берегу речки видишь дом? Вот туда тебе. Там тебя приютят, там ты нужен.

- Кто там живет?

- Увидишь сам. Вещички хватай и вперед.

- Нет у меня никаких вещичек-то.

- Привет, солдат. Свидимся еще.

Старик медленно поковылял к своей старой покосившейся избушке, на ходу раскуривая очередную пахучую дрянь. А Стоун пошел прочь от старого ночлега к новому пристанищу. Что его ждало, он не знал, но пока ему было все равно.

По пути к дому на том берегу речки, ему попалась на дороге пара ребятишек, игравших в какую-то странную игру, да кто-то выглянул из ближайшей хижины, и сразу же скрылся.

Вот и дом. Ничего примечательного. Четыре стены да крыша. У самого крыльца маленькая скамеечка и три березки возле окон.

- Открывай, хозяива! Я, вроде как, то, что вам нужно, - Стоун несколько раз саданул кулаком по двери и стал ждать.

Дверь открыла женщина лет тридцати, одетая в простенькое платьице.

- Заходи.

- Я вам что, действительно нужен?

- Почему бы и нет.

Стоун не был ни в чем уверен. Но он чувствовал лишь одно: она, она ему нужна. Как воздух, как мечта. От женщины исходил приятный запах чего-то забытого, что было давным-давно, а может быть и не было никогда.

- Мы поедим сейчас, милый. А потом ляжем спать.

- Но еще ж ведь только утро, зачем же спать? - тупо спросил Стоун.

- Нет, уже поздно, уже очень поздно.

Ее мягкий голос заставил Стоуна сесть за стол и поесть. Потом она увлекла его в спальню, и он вспомнил все, что когда-то ощущал и чувствовал.

Он не любил ее, еще нет, но был благодарен как мог...

... Ее тело было мягким и податливым, он полностью растворился в ней, стал ребенком на мгновенье.