В комнате переводчиков еще темно. Я зажег свет и сел за стол. Минут двадцать никого не было в пустых коридорах, потом появился невысокий юркий очкарик с нервным лицом и сообщил, что его зовут Марк, что фрау Грюн больна и он сегодня заменяет ее. Передав папку и сказав, что работать мне сегодня со Шнайдером, он пошел открывать "музыкальную гостиную".

В тонкой папке - две бумажки: справка из полиции Дюссельдорфа и анкета с данными; на фото - угрюмое лошадиное лицо с короткой стрижкой.

фамилия: Орлов

имя: Потап

год рождения: 1981

место рождения: с. Семибалки,

Ростовская область, Россия

национальность: русский

язык(и): русский

вероисповедание: православный

Я повертел в руках чистый бланк, куда надо было переносить эти данные.

- Зачем вообще это все еще раз у него переспрашивать? - спросил я у Марка. - Беженцы сами эти данные дают?.. Зачем еще раз одно и то же спрашивать?..

Марк сверкнул очками:

- То, что в сопроводиловке, это наспех записано в полиции. А вот что он сейчас скажет и что вы запишете - это уже в дело и суд идет, окончательный вариант. Надо очень внимательно слушать. Все оговорки тут же фиксировать и сообщать коллеге, который ведет интервью.

Потап Орлов - массивен, угрюм, прыщав, деревенский парень с грубым черепом, сонными глазами и большими кистями рук; неуклюж и медлительно-тяжел в движениях, будто каждый раз пуды перетаскивает. Одет в какие-то темные робы. Тупо смотрит в одну точку, руки держит за спиной.

Пока мазалась краска и готовилась бумага, мы сели за стол.

- Имя у тебя редкое, - сказал я ему.

Он потупился:

- От деда.

Все данные были правильны, только пункт "вероисповедание" вызвал у него слабый протест:

- Не православный я. Сектанты мы.

- Какая секта?

- По комнатам сидим - книги читаем, молимся. - Он говорил нехотя, односложно, неразборчиво, иногда скороговоркой.