Игорь стоял у доски, с иронией размазывая и сочиняя:
— Ну, в лесах Амазонки живут амазонки… То есть амазоняне, жители амазонской зоны, зоны тропиков и недостаточно развитой культуры. То, что в этой зоне культура такова…
Он нажимал на “зону”, и училка уже была на взводе, но ради маленьких сдерживалась из последних сил, шипя сквозь зубы:
— Так ты выучил или нет?! Отвечай, или сядешь!
— Чуть что, сразу — сядешь… Выучил я, выучил — в этой зоне живут пираты, то есть пираньи, они не оставляют от лошадей и других животных ничего, кроме скелета, так что если человек попал в эту зону…
— М-м-м… — учительница явно стонала, думая, что это она про себя.
Все было, как обычно. Неожиданно раздался какой-то посторонний гул. Она очнулась. — Кто гудит!
А мы думали, что это она. Игорь остановился: — Самолет?
— Да какой самолет, ты что?! — мы оживились. Училка потребовала продолжать, но мы ее уже не слушали и не замечали — махом заткнули рты мелюзге — да, явно гул нарастал. Мы с Игорем выскочили из класса первыми, за нами — все, кто постарше, веером раскинулись перед крыльцом, стараясь уловить — откуда идет звук, шумно, с паром выдыхая, — звук уже почти перерос в рев.
— Военный? — предположил кто-то. — Взлетает с замаскированного аэродрома…
Неожиданно для всех в небо над нами действительно ворвался самолет, но не военный — обычный, округлый, но за ним тянулось пламя и дым. Он пролетел как-то наискосок, было ясно, что он делает отчаянный маневр, но какой — за мгновение не определить, мелькнул беззащитным брюхом и стремительной небесной рыбой скрылся за лесистым холмом.