Теперь стало немного полегче, и зарплата вполне достойная, и дочка подросла, а что личной жизни нет, так что поделаешь! Не у всех она удачно складывается. Уж лучше одной вековать, чем жить с пьяницей или неисправимым бабником. Нет смысла, ради сомнительного удовольствия провести ночь в одной постели, терпеть рядом с собой совершенно чужого человека. Может быть, если бы повстречался настоящий мужчина, истинный рыцарь, что-то и шевельнулось бы в груди, да только нет теперь таких, одни обмылки. Вон их сколько, даже у нее в отделе, замызганных, небритых любителей сплетен и пересудов. Раньше Вера даже представить себе не могла, что мужики – такие любители перемывать косточки своим женам и любовницам. Но, работая всю жизнь в мужском коллективе, такого наслушалась, что становилось стыдно за носителей штанов. С каким наслаждением они методично обсуждали женщин, просто диву даешься, словно и не мужчины вовсе, а обычные базарные бабы. Нет, с такими не то что в постель, на одном поле присесть противно.

Лика, обхватив худые колени руками, сжалась в комок, есть действительно не хотелось. Она понимала, что обидела мать, но подойти к ней, извиниться не было сил. Наверное, стоило рассказать ей всю правду, но безумно пугала реакция мамы. Нужно как-то достать Fly, а для этого придется умолять Гарика, и еще неизвестно, что он заставит сделать на этот раз. До чего же отвратительно было то, что они проделали с ней в прошлый раз! Разум отказывается принимать то, что было. Но делать нечего, ради того, чтобы ненадолго отправиться в полет, придется пройти через унижение.

До чего стыдно было в последний раз! Только бы мама ничего не узнала! Убьет! Впрочем, и поделом. Такая, как она, не имеет права жить. Лика и сама не заметила, как подсела на наркотики. Сначала Гарик угостил. Было так здорово, что захотелось попробовать еще. Он согласился. Но пока Лика летала, произошло непоправимое.