По мере роста доходов от их левого производства и расширения влияния группы прибавлялись и звездочки на погонах некогда неприметного майора милиции: теперь уже он имел должность ни много ни мало заместителя начальника УБХСС области. Да и сами цеховики едва не доросли до невиданных высот: Снопков едва не стал депутатом Верховного Совета, но в последний момент передумал баллотироваться, посчитав это для себя делом чересчур хлопотным.

Пользуясь своими связями в правоохранительных органах, Дунаев попросил одного известного юриста, доктора наук, разработать "теорию хищений", то есть показать самые эффективные и безопасные методы незаконного обогащения.

В дни, когда пушных дел мастера только-только встали на ноги, в Москве действовали мастера несколько иного профиля - ювелиры. Работали они на небольшой ювелирной фабрике, расположенной в маленькой церквушке, стоявшей между "Детским миром" и зданием КГБ на Лубянке. Вот здесь и существовала группа работников, которая систематически похищала с предприятия бриллианты. Делалось это легко и просто, так как никакого досмотра не производилось, и даже когда фабрика переехала на завод "Кристалл", в район "Водного стадиона", хищения не прекратились. Возглавлял группу сам начальник цеха, ему помогали разметчик, резчик, шлифовальщик и еще несколько мастеров. Украденные бриллианты продавались в той же Москве многочисленным любителям "камушков". Среди последних оказались многие известные люди из среды творческой интеллигенции. К примеру, администратор театра "Современник" занимался активной скупкой и перепродажей ворованных бриллиантов.

Кто знает, сколь долго длилась бы эта эпопея, если бы в марте 1971 года в аэропорту при попытке провезти контрабанду не был задержан гражданин Глод.