Делла Стрит порылась в папках и взялась за телефонный аппарат.

– Миссис Маккинли? Вас беспокоят из конторы адвоката Перри Мейсона... Да, мисс Стрит. Вы меня узнали?... Мистер Мейсон хотел бы переговорить с вами. Передаю трубку.

Она кивнула адвокату.

– Миссис Маккинли? Это Перри Мейсон. У вас все в порядке?

– Мистер Мейсон, как я рада вас слышать! Сегодня в программе новостей передали, что вам предъявлено обвинение, правда, только что сообщили, что произошла ошибка и оно снято. Что случилось?

– Кто-то из моих недругов позвонил в полицию и сказал, что у меня находятся деньги, переданные шантажисту. Шантажировали женщину, проходившую свидетельницей по одному из моих прошлых дел. Сержант Холкомб поторопился меня арестовать, даже не сверив номера купюр, имевшихся у меня в конторе, со списком врученных шантажисту.

– О, Холкомб! С ним у меня связаны самые неприятные воспоминания в моей жизни. Отвратительная, самовлюбленная личность.

– Вы абсолютно правы.

– Чем могу быть вам полезна, мистер Мейсон? Наверное, вы звоните не для того, чтобы справиться о моем здоровье?

– К сожалению, не только поэтому. Одному моему клиенту требуется временное убежище. Я не стану сообщать вам детали. Чем меньше вы знаете, тем лучше. Нет ли у вас комнаты с отдельным выходом на тот переулок, что проходит за вашим домом?

– Есть. Как раз освободилась неделю назад. Правда, она очень маленькая, и я в ней как следует не прибралась...

– Это не имеет значения. Я также попрошу вас подавать постояльцу завтраки, обеды и ужины прямо в комнату или покупать продукты – но это уже как он сам захочет. Он не будет выходить из комнаты. Или я, или Делла будем его навещать время от времени.

– Хорошо. Когда он приедет?