– Я не знаю. Я никого не хочу видеть. Я очень устала, у меня сильная температура. Я болею со вчерашнего дня. Когда вчера вечером позвонили, что отцу плохо и просили приехать, я не смогла выйти из дома. Сегодня я чувствую себя ничуть не лучше. Вдобавок, смерть Билли... – она разрыдалась в трубку.

Мейсон переждал, пока слезы на том конце провода стихнут и спросил:

– Во сколько позвонил коллега вашего отца?

– Часов в восемь. Он сказал, что папу из Управления отвезли домой на полицейской машине.

– Хорошо, миссис Никсон, я больше не буду вас беспокоить, я позвоню позже.

Она не прощаясь повесила трубку.

– Почему ты не настоял на встрече, шеф? – спросила Делла Стрит.

– Потому что мне не выгодно встречаться с ней. Вообще. По крайней мере, до суда.

– Но почему?

– Вряд ли она может сообщить еще что-то такое, что не раскопают люди Дрейка. И сейчас она настроенный против нас свидетель.

– Ну и что?

– Пусть так все и остается.

– Я не понимаю тебя, шеф.

Мейсон улыбнулся своей секретарше:

– Если тебе кто-либо предложит пари, ставь ползарплаты, что Трэгг невиновен.

– Я так и сделаю, – ответила Делла Стрит.

8

В дверь кабинета из приемной постучали и вошла Герти.

– Мистер Мейсон, – обратилась она к адвокату, – там пришел посыльный с письмом, говорит что дело срочное.

– Уже поздно, Герти. Я думал, что ты уже ушла, – сказал Мейсон, посмотрев на часы. – Прими послание в обычном порядке, я завтра посмотрю.

– Я думала, что вас это заинтересует, – ответила девушка. – Письмо от мистера Реймса.

– И принес его посыльный?

– Да.

– Черт возьми! – вырвалось у Мейсона. – Ведь он же собирался в Реддинг! Хорошо, Герти, принеси письмо. И попроси посыльного на всякий случай пять минут подождать.