Павел Семенович промолчал и засобирался было уходить, но под осуждающими взглядами других снова присел на свое место.

Затем доложил комендант барака перевалочного пункта Воронин. Он сказал, что завербовал в свою группу еще двух единомышленников: один - немец по национальности, он будет писать по-немецки листовки для заграницы, письма о положении в России, а другой, обозленный и отчаянный, пойдет на любое опасное дело.

- Он был офицером в армии Миллера здесь, на Севере, - добавил Воронин.

- А удобно, нам с беляками связываться? Удобно ли в политическом отношении? - снова спросил Арнольд Михайлович.

- На первых порах нам дорог каждый человек, согласный в принципе с нашей программой'. А потом, когда за нами пойдут массы, разберемся, пояснил председательствовавший. - Наш молодой друг еще не избавился от советской нетерпимости к инакомыслящим, но, с нашей помощью, он скоро поймет тактику борьбы. Кстати, как у вас, Арнольд Михайлович, с текстом воззвания?

"Молодому другу" не понравился покровительственный тон председателя, и он буркнул:

- Никак. Не усвоил вашей тактики.

- Ну зачем обижаться? Я вовсе не хотел вас обидеть. Воззвание, пожалуй, я сам напишу, раз у вас нет соответствующего настроения.

Расходились, как и положено заговорщикам, поодичочке,

Супругам Фунтиковым не спится. Каждый раз после конспиративного заседания они бывают возбуждены и взволнованы. Лежа в постели, супруги тихо, вполголоса делятся впечатлениями. Шутка ли, такое дело!

Создание новой партии, которая поднимет народные массы и свергнет узурпаторский режим в России!

А во главе партии он - Фунтиков, инициатор, организатор, руководитель! Есть от чего голове закружиться!

Пока все идет отлично. В списке вовлеченных в "Республиканско-демократическую партию России" уже двадцать семь человек, активных и преданных ему - Фунтикову.