Квейль сдвинул назад верх фонаря кабины, отстегнул микрофон. Когда самолет остановился, он снял перчатки, похлопал одна о другую озябшими руками, с трудом поднялся, перелез через борт и тяжело ступил на землю закоченевшими от холода ногами.

— Кого не хватает? — спросил он подбежавшего Джока.

— Мистера Финли.

Это был Тэп.

— Есть у меня пробоины?

Квейль обошел вокруг самолета.

— Как будто нет. У мистера Горелля есть.

— Да. Я видел, как он их получил.

Квейль отцепил парашют и зашагал к ангарам. Горелль, Ричардсон, Вэйн и врач двести одиннадцатой эскадрильи шли ему навстречу.

— Кто видел Тэпа? — спросил он.

— Вэйн видел, — сказал Горелль. — Видел, как он повернул домой. Оказывается, Тэп сбил первый бомбардировщик. А я думал, что это Вэйн.

Квейль поднял голову и обвел небо глазами. Но ничего не было видно, и не слышно было шума мотора.

— Мы сбили два бомбардировщика. Я проследил за тем, который сбил Тэп. Горелль говорит, что вы с ним тоже сбили один, — сказал Ричардсон. Он говорил очень спокойно, поглаживая свои вьющиеся волосы.

— Ты видел, как он упал в море, Горелль?

— Ну конечно. Стой! Что это!

Он с трудом сдерживал волнение. Летчики уже подходили к ангарам, когда вдали послышался шум мотора. Они долго всматривались, но не могли разглядеть самолета. Квейль прислушался, сказал: «Гладиатор!» — и прошел в оперативный отдел.

Он писал донесение, когда в комнату вошел Тэп.

— Куда ты пропал? — спросил Квейль, не поднимая головы.

— Я хотел удостовериться, что я его сбил.

— Да, хорошо ты присматривал за Гореллем! Он шел все время за мною, а ты оторвался!

— Я был не нужен Гореллю. Я видел, как твоя «Савойя» отстала от своих, когда ты ее атаковал. Я набрал высоту, а потом дал в нее очередь. Она штопором пошла вниз. Я хотел догнать тебя и Горелля, но вы были уже далеко. Удалось вам сбить ту, вторую машину, за которой вы погнались?