Сегодня новоизбранный (ах, как мне это слово напоминает медицинско-онкологическое «новообразование»). Короче, мистер президент выступил с обращением к народу. Обычное «бла-бла-бла», от самовосхвалений уши вянут. Мы — самые великие, самые гуманные, самые трудолюбивые и миролюбивые, самые лучшие, гаранты свободы, демократии и прав человека во всем мире. Ежели кто цивилизацию не уважает — заставим, а если откажутся — разбомбим на хрен. Нет, сколько бы ни ругали предыдущего хозяина Белого дома, его «бла-бла-бла» все-таки не выходило за рамки приличий.

Дальше пошла привычная демагогия с вышибанием сентиментальной слезы. Контроль над продажей оружия — залог безопасности наших детей в школах и на улицах. Рядом девочка маленькая, на костылях, подстрелили в прошлом году на переменке. Держись, девочка, жертва твоя была не напрасна. Погладил ее по головке. Ну, правильно, камера смотрит в зал. Фермерская жена с широким, добрым лицом рыдает. Даже у меня глаза режет, девочку-то действительно жалко.

Ну, наконец-то, слезу вышибли, теперь моральные принципы пошли. Ограничение насилия и секса по телевизору. Секс у них, надо признать, бездарный и противный какой-то, от него разве что только импотентом станешь. А с запретом насилия — пущай запрещают. В позапрошлом году установил дома спутниковую тарелку. Триста пятьдесят каналов, куда ни щелкнешь — маньяки, сериальные киллеры, на худой конец бравые полицейские, расстреливающие мафиози. Кровь, вырванные кишки. У детей крыша едет, да что там у детей — я телевизор почти не включаю, только новости иногда смотрю.

Шарики, шарики с потолка посыпались, красненькие и синенькие. Правильно, следующий пункт программы — борьба с наркотиками.