– Что ты знаешь о его невесте?

– О… – завопил Кром, и его язык вновь захлопал по небу. Баба – блеск! Дочь апельсинового короля Бигнера. Джулия Бигнер, двадцать один год. Влюблена в твоего братца по уши. Через две недели в ресторане “Океан” должна состояться их помолвка.

– O'кей! Ты мне будешь нужен еще неделю. Затем проваливай в свою Филадельфию.

– А баксы, Нэд?

– Я держу слово.

Нэд скинул ноги со спинки кровати, загасил сигарету и достал из-под подушки пухлую пачку долларов, при виде которой у Крома потемнело в глазах. Нэд отделил небольшую стопку и бросил на стол.

– Здесь пять тысяч. Вторую половину получишь через неделю, а сейчас пойдешь прогуляешься.

Коротышка сцапал деньги, как ящерица мошку. Сунув доллары под рубашку, он проглотил слюну и спросил:

– Далеко гулять-то?

– Купишь мне еды на неделю, столько, сколько потребовалось бы на то, чтобы выходить умирающего от голода слона. Еще прикупи лезвия и краску для волос. В конце недели на все затраты составишь счет, он будет оплачен отдельно. А теперь катись, мне пора заняться портфелем.

В течение недели Нэд не выходил из дому, изучая бумаги Крома, который появлялся по утрам, получал очередное задание и исчезал. С каждым днем поручения становились сложнее и все больше удивляли Коротышку своей необычайностью, но его в жизни интересовали только деньги, и он не лез в дела Нэда. На четвертый день Нэд потребовал хирурга из “молчунов”, который пробыл в его конуре целый день. На пятый день он покупал одежду в самых дорогих магазинах города. На шестой задание превзошло все ожидания.

Как всегда, Кром пришел к девяти. Нэд запихивал в желудок курицу величиной с аиста.

– Вот что, Коротышка, – начал он, пережевывая. – Возьми деньги на постели и выполни последнее поручение.

Кром бросился к кровати и, разрыв кучу газетных вырезок, обнаружил тугую пачку зеленых ассигнаций. Руки его тряслись.