— Несчастья научили меня играть комедию, и на ролях стариков я стóю Буффе...

— Я в логовище грабителей! — воскликнул Максим.

— Нет, граф, вы у мадемуазель Гортензии, подруги старого лорда Дэдлей, который прячет ее от всех взоров, но у нее дурной вкус: она любит вашего покорного слугу.

«Если когда-либо мне хотелось убить человека, — говорил мне позднее граф, — так именно в ту минуту. Но что поделаешь! Гортензия высунула свою хорошенькую головку, пришлось рассмеяться, и, чтобы сохранить свое превосходство, я швырнул ему шестьсот франков и сказал: «Это для девки!»

— Тут весь Максим! — заметил ла Пальферин.

— Тем более что деньги-то принадлежали маленькому Круазо, — добавил проницательный Кардо.

— Но, — продолжал Дерош, — Максим все-таки был вознагражден, ибо Гортензия воскликнула: «Ах! Если б я знала, что это ты!..»

— Ну и катавасия! — крикнула лоретка. — Ты проиграл, милорд, — сказала она нотариусу.

Вот как столяр, которому Малага была должна сто экю, получил свои деньги.

Париж, 1845 г.