— Ну и что потом? — поинтересовался Пуданов.

— После такой воспитательной работы все шестьдесят курсантов отбросали гранаты как положено. Ни одной задержки, ни одной заминки.

— Ну это там у вас все бойцы были молодыми, — сказал Александр Иванович, разливая по второй. — Их ещё можно чему-то научить. А сейчас в роте девяносто девять процентов личного состава срочной службы — это дембеля. А им всё — по барабану. Лишь бы поскорее домой отправиться.

— Погоди… А Шатульский и Москаленко? Они ведь только полтора года назад призвались. — Вспомнил я про знакомых бойцов, которые сейчас служили в подразделении Пуданова.

Объяснение данного военного казуса оказалось почти банальным… И очень законным…

— А сейчас по новому приказу бойцы, прослужившие в Чечне хотя бы шесть месяцев, увольняются на полгода раньше. Мы их называем полторашниками, потому что срок службы у них всего полтора года.

Я вздохнул и задумчиво покрутил кружку, наблюдая как в ней слабо плещется прозрачная жидкость, а затем медленно сказал:

— Да — а… для нас это плохо — только только пообтесались и пообвыкли на войне, как сразу домой. Хотя для них, а особенно для родителей — это великое счастье. Понять-то их можно… А как же контрактники?

— Да всякие есть. Летом комбат подписал контракт с двумя толковыми солдатами из нашей же роты: Дубовским, он сейчас у меня за зампотеха и отвечает за все БТэРы. Ну, и с Бычковым, который сейчас командиром отделения работает. А остальные — так себе, ни рыба ни мясо. Старый ротный перед уходом позаключал контракты с некоторыми долбанутыми дембелями! И уехал в свою «акамедию»… А нам с ними теперь валандаться… Сразу же нельзя с ними контракт разорвать… Причина должна быть уважительная… Вот они и отбывают номер…

Мы чокнулись и опустошили свои кружки. Ротный от души крякнул и продолжил доведение боевой обстановки.