Я вздохнул и скомандовал:

— Понятно! Дембель к декабрю — все по…ую! Вольно…

Стоящий рядом Пуданов пожелал мне всего хорошего и отправился по своим делам в ротную канцелярию. Я неспешно прошёл перед строем. Среди двадцати стоящих в две шеренги бойцов я уже заприметил несколько знакомых личностей, с которыми приходилось раньше встречаться. Это были всё те же Шумаков, Антонов и Мирошник, уже известные мне по двум ночным засадам, проведённым этим летом в пригородах Грозного. Кроме того, были среди них даже и те, кого я знал по зимне-весеннему периоду моего пребывания в Моздоке. Но большая часть личного состава мне была незнакома, и на мой пытливый взор они отвечали то равнодушными, то ускользающими, а иногда и нагловато-нахальными взглядами.

Я вернулся на своё место перед строем и обратился к ним со следующим:

— Я конечно понимаю, что вам осталось служить около месяца, на войну мне с вами, скорее всего идти не придётся и тратить своё время на ваше обучение просто не имеет смысла. Поэтому я предлагаю джентельменское соглашение: вы без лишних понуканий соблюдаете чистоту и порядок в палатке, поддерживаете опрятный внешний вид, не нарушаете внутреннюю дисциплину и распорядок дня, после чего при первой же возможности получаете воинские билеты с записью «демобилизован из рядов ВС РФ» и с песнями и криками, шашками и пиками отправляетесь к себе домой. Всем понятно?

Но мне никто не ответил и я стал разжёвывать необходимые сведения для лучшей её усваиваимости тире усваяемости, как нежного и полезного кроличьего мяса. Ведь «кролики — это не только ценный мех…»

— Объясняю вам всё ещё раз, популярно и голосом… Вы своими залётами не навлекаете гнев начальства на мою голову, чтобы не мешать мне заниматься с молодым и неопытным пополнением, а я вас потом увольняю в первых рядах. Вопросы есть? Всем всё понятно?

Слабое гудение и угукание можно было вполне принять как знак согласия. Первый контакт всё-таки был налажен… Пусть и в нехарактерной мне форме общения с личным составом… Но это же самое начало… И моя лояльность к дембелям могла быть неправильно ими понята… Как моя слабость… Что ж… Тем быстрее и откровеннее они проявят свою истинную сущность…