Был он молод, высок и тощ. На узком лице выделялись большие, как на иконе, глаза и прямой длинный нос. Волосы, подстриженные на лбу выше бровей, спускались вдоль щёк свободными прядями. За долгий рост имя Кузьма залесские люди перекроили в Кузьмище, прозвище добавили Киянин – из Киева, значит. Окружение князя составляли владимирцы, суздальцы, москвичи. Кузьма родился под Киевом, воспитывался в Вышгородском монастыре. В учительной палате книжники-монахи обучали грамоте окрестных ребятишек. Сначала буквам учили, потом складам: «ба», «ва», «га», «да», «бе», «ве», потом цифрам. В написании цифры не отличались от букв, только чёрточку следовало добавить к месту. Кузьма в учении всех обогнал. Восьми лет ему не исполнилось, когда допустили его монахи в монастырское книгохранилище. И открылся мальчонке великий мир.

Раньше он думал, что книги тихие. На поверку вышло, что книги имели тысячу языков. Достаточно было откинуть обтянутую кожей доску переплёта, чтобы понеслись крики ярости, ликования, гнева. Совершал чудеса воинской доблести македонский царь Александр. Книгочей царя Синагрипа Акир обходил все ловушки, подстроенные клеветниками. «Кто добро творит, тому добро будет, кто другим яму копает, тот сам в неё попадёт», – поучал рассказчик удивительных приключений. Со страниц «Топографии» византийского морехода Козьмы Индикоплава вставали неведомые страны, незнаемые моря. Оказывалось, что земля имеет вид доски, шириной в один локоть,

«Книги – это реки, питающие вселенную, это источник мудрости… ими мы в печали утешаемся…» – прочитал Кузьма в летописи за 1037 год. Кузьма родился позже ровно на сотню лет, а разве померк глубокий смысл сказанного? Летописцы верили в силу слова. Их голоса звучали взволнованно. Передавая потомкам историю деяний их славных предков, летописцы спорили, возражали, давали советы. Повествуя о междоусобьях, они принимали сторону то одного, то другого князя, предостерегали внуков и правнуков от ошибок, совершённых дедами. Кузьма был на стороне тех, кто хотел мира. «Отче, господине, помирись с братниным сыном, не губи своего племени, а более всего родной земли и всех людей русских. Мир стоит до рати, а рать до мира». Узнав, что с такими словами князь Андрей Юрьевич обратился к отцу, Кузьма пожелал отправиться с суздальцами в Залесье. Дел от князя Андрея он ожидал больших.