- Ну и стоило мельтешиться? - спросил Гарри. - Все и так знают, чем я занимаюсь.

- На этот раз дело серьезное, - возразил Торрес. - С самого начала футбольного сезона к твоим телефонам были подключены регистраторы; мы знаем, с каких номеров звонили тебе и по каким номерам звонил ты. День за днем, двадцать четыре часа в сутки. Можешь ознакомиться с четырнадцатой страницей.

- Я и так тебе верю.

- В прошлое воскресенье, перед началом двух профессиональных матчей, тебе звонили сто восемьдесят раз или около того.

- У меня очень много друзей, - похвастался Гарри.

- Скажи это в суде, - ухмыльнулся Торрес. - Они от души посмеются, а может - и влепят тебе штраф за оскорбление суда, сотен эдак пять. Ты все не можешь уяснить, что на этот раз дело серьезное.

- Этот судья ставит на университетские команды, - сказал Гарри, продолжая глядеть на пачку казенных бумаг. - Не сам, а через дружка-юриста. По юго-восточной лиге. Ставит всегда на фаворитов. Он обязательно выберет "Флориду", штат Флорида и Майами.

- Открой двадцать восьмую страницу, - посоветовал Торрес. - Взгляни на дату и подпись.

- Вы что, уже начали прослушивать?

- Прослушивание разрешено много недель назад. Правда, только эти три телефона, твой домашний мы не трогали.

- Будто не знали, что я записываю все свои сделки, - возмутился Гарри. - Попросили бы пленки у меня, дешевле обошлось бы.

Торрес свернул на бульвар Вашингтона и поехал на север, мимо белых фасадов магазинов. Под ярким солнцем магазины казались закрытыми. Пастельные тона и неоновая безвкусица, захватившие в последнее время Саут-Майами-Бич, не успели еще добраться в такую даль.