Рандольф окинул их оценивающим взглядом.

– Не лучшие образчики природного мира, прямо скажем. Ладно, не будем рассиживаться. Спросите, пожалуйста, госпожу Бородавку, сколько мы должны.

Он вытащил толстую пачку стодолларовых купюр. Трое местных явно ее заметили. Касс содрогнулась. Мужчины встали и вышли.

Когда Ранди и Касс покинули заведение, конгрессмен спросил:

– Как насчет прогуляться по Риальто? Растрясти трехзвездочную трапезу?

– Садитесь в машину.

Ранди двинулся к водительскому месту.

– Нет, вести буду я, – сказала она.

Но спорить было бесполезно. Ключи были у него. Она села на пассажирское. Они тронулись с места. Касс нервно поглядывала в зеркальце заднего вида. Показались те трое, сели в свою машину и поехали за ними.

– Черт, – сказала она.

– Да, – отозвался Ранди. – Не еда, а просто ужас.

– Я не про еду. Эти местные. Они по нашу душу.

Ранди бросил взгляд в зеркальце.

– Скорее всего, едут по домам. К своим несчастным женам. Каково им в постели с этими типами… дрожь берет…

– Они за нами, – сказала Касс с оттенком злости в голосе. – Зря вы там размахивали пачкой денег.

– Виноват. Непохоже было, что они принимают American Express.

Касс связалась с базой и доложила о ситуации.

– Вы что, затребовали удар с воздуха? – поинтересовался Ранди. – Не очень-то по-спортивному.

– Они тут не церемонятся. Жесткая публика.

– А я что, не жесткий? – спросил Ранди и сурово выдвинул челюсть.

Прелестненько, подумала Касс. Берти Вустер идет на войну.

Машина уже следовала за ними почти вплотную. Вдруг Ранди нажал на тормоз. Машина чуть не врезалась в них.

– Что вы делаете? – заорала Касс.

– Посмотрим, проедут или нет.

Они не проехали. Из машины вылезли двое и двинулись к вездеходу каждый со своей стороны. Тот, который приближался со стороны Касс, держал в руке что-то длинное.