И тянулись они к небу, как пчёлы к цветам, а цветы к солнцу, как советский человек к светлому будущему! А тем временем очаровательная крановщица с бескрайнего небосклона, подбадривала эротоманов-альпинистов пылкими взглядами, а иногда и популярной песней про «птицу-счастья завтрашнего дня!» И вот как-то раз, не выдержав гормонального давления, осторожно ухватившись вспотевшими ладонями за холодную сталь лестницы, в небо полез рядовой Амиран Гереули. В небесах летали птицы, в ту минуту он бы не раздумывая, наплевав на Устав Советской Армии, променял свои солдатские руки на их крылья. Он карабкался выше. Теперь мимо него пролетали самолёты, ими управляли отважные пилоты, Амиранчик видел их волевые, квадратные подбородки, а у него мелко тряслись колени. Солдат посмотрел вверх, над ним взявшись за руки, грациозно размахивая розовыми пёрышками, неспешно пролетели два ангела. Амиран проводил их глазами, вскоре они скрылись, за похожим на ржавую консервную банку, американским спутником «Apollo». Неуверенно перебирая ногами он влез таки в кабину — предел мечтаний солдат и сержантов. Кран медленно раскачивался, девушка Людмила, увидев его цвет лица, сказала:

— Да не обращай внимания, сейчас опустим стрелу и логарифм амплитудной модуляции колебаний, заметно уменьшится! — она решительно принялась нажимать на многочисленные педали и тянуть рычаги. Ускоренные курсы крановщиков, девушка закончила с отличием и получив удостоверение крановщицы четвёртого разряда, вернулась в родное СМУ.

Рядовой Гереули лежал свернувшись эмбрионом, на дюжих коленях блондинки четвёртого разряда и дрожал от страха не в силах шелохнуться. Ему хотелось только одного, вернуться на землю! Тем временем, Людмила размахивая двадцатиметровой стрелой, показывала ему красоты Краснодарского Края, с высоты птичьего полёта! Когда они спускались, девушка крепко держала бойца подмышкой…

* * *

— Пацаны, блин жать охота, я бы сейчас наверное целый колбасный цех схавал, — спросонья, мечтательно проговорил Малофеев.