Пивной бар для ребятишек из колледжей и приготовишек. Я шел прямо туда его разыскивать, когда он приезжал домой на рождественские и пасхальные каникулы. Я таскал за собой свою девушку,, повсюду искал его, и всегда находил где-то в глубине - самого шумного, самого надрызгавшегося щенка во всем заведении. Он всегда пил виски, хотя остальные ребята пили только пиво. Я говорил ему: "Ты в порядке, кретин ты этакий? Домой хочешь? Деньги нужны?" А он отвечал: "Не-е. Ничего мне не нужно. Ничего не нужно, Вине. Привет, друг. Привет. А кто эта крошка?" Я тут же уходил, но потом всегда за него волновался. Когда он летом каждый раз бросал свои мокрые трусы внизу, возле лестницы, комком, вместо того, чтобы вешать на веревку для белья, я всегда подбирал их, потому что в его годы сам был точь-в-точь такой.

Винсент захлопнул книгу. Картинным жестом он извлек из нагрудного кармана миниатюрную пилку и занялся ногтями. [81]

- Твой отец выгоняет гостей из-за стола, если у них грязные ногти?

-Да.

- Он что преподает? Ты мне говорил, но я позабыл.

- Биологию... Сколько ему было лет, Винсент?

- Двадцать.

- На девять меньше, чем тебе, - зачем-то подсчитал Бэйб. - А твои родители знают, что ты на следующей неделе отплываешь?

- Нет, - сказал Винсент. - А твои?

- Нет. Я, наверно, сообщу им утром, перед отходом поезда. Особенно трудно сказать маме. При ней даже нельзя произносить слово "ружье", она туг же начинает плакать.

- Ты хорошо провел время, Бэйб? - серьезно спросил Винсент.

- Да, очень, - ответил Бэйб. - Курево за спиной.

Винсент протянул руку за сигаретой.

- Часто виделся с Фрэнсис? - спросил он.

- Да. Она чудесная. Вине. Мои ее не любят, но для меня она просто чудо.

- Может быть, тебе надо было на ней жениться, - сказал Винсент. И вдруг его словно прорвало: - Ему даже двадцати не было, Бэйб! Только через месяц... Я так рвусь воевать, что места себе найти не могу. Смешно, а? Я записной трусишка. Всю жизнь я уклонялся даже от кулачных потасовок, всегда умел отболтаться. А теперь я хочу стрелять в людей. Что ты об этом скажешь?