Между тем уже было четыре часа пополудни, и король повелел трубить к посадке на коней. Услышав сигнал, все рыцари – участники игры – поспешно стали приготовляться к выезду.

Бой быков кончился, площадь опустела.

Но вот зазвучала музыка труб, атабалов

И если прекрасны были Абенсеррахи, не менее нарядными и красивыми выступили Сегри, одетые в алое и зеленое, с голубым оперением шлемов, все на гнедых конях, и у каждого на щите находилась одна и та же эмблема: на голубой ленте закованный в цепи лев и девичья рука, держащая конец цепи. Девиз гласил: «Высшая сила – любовь». Они выехали на площадь по четыре в ряд, все вместе проделали изящную круговую фигуру, произвели шуточный бой, и настолько искусно, что понравились не меньше Абенсеррахов.

Но вот обе квадрильи заняли свои места, взялись за легкие копья, оставив тяжелые, и под звуки труб и гобоев начали с большим блеском игру, выступив восемь на восемь. Абенсеррахи, сразу заметившие голубые перья Сегри – известное отличие самих Абенсеррахов, – пытались, насколько могли, сбить их копьями, но Сегри настолько тщательно прикрывались своими щитами, что Абенсеррахам не удавалось исполнить свое намерение; игра протекала горячо и бурно, однако по всем правилам, так что смотреть на нее было одно удовольствие.

Праздник окончился бы очень мирно, если бы это оказалось угодным судьбе; но судьба коварна, и ей было угодно, чтобы взаимная вечная вражда родов Абенсеррахов и Сегри довела до гибели обе враждующие стороны, как мы про то расскажем в дальнейшем. Вражда особенно обострилась с этого несчастного празднества, и причиной всему злу явился Магома Сегри – глава рода Сегри, заранее замысливший со своими убить доблестного Алабеса за сказанные им слова или еще кого-нибудь из Абенсеррахов. И, как это было заранее условлено, Магома Сегри дал сигнал вызвать с противной стороны Алабеса и напасть на него и на его отряд. И, сломив уже шесть копий, Сегри сказал своим сторонникам: «Пора теперь игре разгореться».