- Дор-ро-гу раненым! Дор-ро-гу!!. Быст-ра!..

Рычал позади мотор идущего вплотную за нами фургона, молчаливо расступалась толпа.

- Дорогу раненым!

Впритык к бревенчатым сходням причала привалился гусеничный трактор. Возле него нас встречал плечисто приземистый командир, небритое лицо сумрачно. Он не спеша поднес ладонь к фуражке.

- Товарищ полковник, прошу извинить, не смогу сдать назад. Разрешите пропустить первое орудие, а уж за ним раненых.

Полковник не без важности кивнул малиновым околышем - разрешаю.

Растрепанная женщина в халате, все еще стоявшая на подножке, снова заволновалась:

- Полковник, вы благороднейший человек! Буду вас помнить, пока жива... Всем вам, всем спасибо!.. У нас восемнадцать раненых...

Звонцов вложил пистолет в кобуру, козырнул полковнику.

- Честь имею.

- Куда же вы? - удивился полковник.

- К пушкам. Не могу же я их бросить... Пошли, сержант, пока не причалил паром. Хлынут - не выберемся.

А паром уже был близко, нагонял на берег, на стоящих в воде солдат волну, и толстый канат над нашими головами натужно вздрагивал.

Полковник тяжело качнулся на Звонцова.

- Черт возьми, лейтенант! За кого вы меня принимаете?

- Старший лейтенант...

- Ладно, ладно! Зовите меня Виктором Павловичем.

- Звонцов Василий Семенович, к вашим услугам.

- Идемте, Василий Семенович. Выбираться из мышеловки будем вместе с вашими пушками.

- Товарищ старший лейтенант, а мы?.. - подал голос один из автоматчиков.

- Доставьте раненых на тот берег.

- Есть доставить. На руках вынесем!

А позади на подножке фургона стояла женщина в белом халате, смотрела нам вслед.

3

Поднявшись до половины крутого склона, мы остановились, повернулись к причаливающему парому. Сверху было видно, как обслуживающий паром солдат приготовился бросить чалку.