– А ведь он даже не рассердился. Застыдился, смутился – и все. У меня почему-то так и стоит перед глазами эта картина, как он бредет отсюда прочь. Прямо хоть песню сочиняй! – И Эндо снова запел, уже на другой мотив:

С завтрашнего дня сюда на работу снова выйдет та студентка из параллельной группы. Интересно, доводилось ли ей здесь видеть такое…

На обратном пути Такако встретила знакомого, Хомму, учившегося в том же университете. Они вместе зашли в кафе.

– Ты что, с отцом поссорилась, что ли? – спросил Хомма, когда они уселись на диванчике.

– Да не то чтоб поссорилась…

Просто расстроилась и ушла, добавила про себя Такако. А разве станет он высылать ей деньги после той сцены? Сегодня она это поняла.

– Учебу ты бросила? – спросил Хомма.

– Нет.

– Да ведь ты вроде из-за того с ним и поссорилась, что решила университет бросить. Значит, решение-то было не слишком серьезным? – У Хоммы лукаво заблестели глаза.

– А вы не собираетесь бросать учение? – отпарировала Такако. Хомма относился к своей работе в комитете по оказанию помощи неимущим с непомерным рвением. Словно жить без нее не мог. Еще он был членом студенческого комитета самоуправления. Так что на лекциях его и видно не было. Поэтому во время сессии он всегда одалживал чужие конспекты, но на этом дело кончалось – читать их у него желания не было. А раз так, думала Такако, не лучше ли бросить учебу и заняться делом?