- Спасибо, Витя. - Я забрал свои летные документы. - Загляни вечерком. Я в "Долине", в семьсот двадцатом.

- Загляну, если на полдороге не перехватят. Дагестанцы звали, обещали удивить... Будь на связи, найдемся.

- Пока.

Я оставил Фарида у столика и принялся проталкиваться в сторону гостиницы, по пути выставляя на рации общую частоту.

В горы, а тем более на соревнования рации берут с собой почти все. На общей частоте всегда можно узнать погоду на маршруте, запросить подбор или просто поболтать. Пока в эфире было тихо - все были здесь, радиосвязь была не нужна.

Я столкнулся с ней нос к носу. Замер на секунду, почувствовав, как опять царапнуло сердце. Татьяна была с Никитой, они стояли около входа на подъемник. Никита разговаривал с ребятами из Красноярска, одного из его собеседников я знал хорошо, другого видел пару раз на Юце.

Я кивнул ребятам и свернул в другую сторону. Она догнала меня возле занесенной снегом баскетбольной площадки.

- Привет, Белов.

- Привет. - Мне совсем не хотелось говорить, потому что хотелось сказать очень многое.

- Я не знала, что ты здесь. - Она знакомым жестом поправила волосы.Опять летаешь?

- Почему "опять"? Просто летаю. - Я сунул руки в карманы, нащупал сигареты.

- Я тоже. - Это звучало упреком.

- Вот ты где! А там... - на тропинке появился Никита. Увидев меня, он остановился, словно налетел на препятствие.

- Летай на здоровье. Только не торопись. - Я обращался к Татьяне, демонстративно не замечая его. - Если невтерпеж - прицепись за кем-нибудь из опытных. И не взлетай, если не знаешь, где будешь садиться. Горы.

- Я справлюсь. - Она вскинула голову.

- Не сомневаюсь.

Я повернулся и пошел по тропинке прочь, обойдя Никиту, как неодушевленный предмет. Сквозь чавканье снежной каши под ногами я расслышал его слова: "Что он тебе наговорил?" Наговорил... Если б я мог говорить, вот в чем штука...