Мы приехали на вечеринку раньше, чем нужно, но это никого не удивило. Я принялся помогать женщине в шароварах переливать вино из бутылок в графины. Свен, Марго и Джо возились с магнитофоном; потом появился муж этой женщины, и мы пошли есть.

Около восьми начал собираться народ. Комнаты заполнились табачным дымом, музыкой и винными парами; вечеринка весело покатилась по наезженной колее. Девушка с кудряшками очень серьезно говорила со мной о любви. Мне казалось, она чувствует все почти так же, как и я, но я не мог представить ее своей подругой, даже на время. Она говорила:

- Я думаю, у каждого человека есть какое-нибудь качество, которое становится лучше, когда он любит. Сильнее, понимаешь. Гордость, например. Или честность.

Или мораль; даже интеллектуальная, даже эмоциональная чистота. Возьми двух влюбленных людей. Только любовь может изменить их личные качества. У посторонних это не получится. Разве только кружным путем - вызвать ревность, например. Ты не согласен?

Я плохо понимал, что она говорит, но сказал, что согласен.

- Другое свойство любви, - продолжала девушка с кудряшками, - это сверхъестественная восприимчивость. Ты когда-нибудь задумывался, почему, если ты кого-то любишь, тебе очень хочется, чтобы и тебя любили тоже? Потому, конечно, что это закон природы. Я хочу сказать: было бы очень странно, если бы всегда, когда один человек любит другого, этот другой не любил бы его в ответ. Такие случаи составляют очень маленький процент.

Какой-то агрессивный молодой человек услышал ее последнюю реплику и принялся смеяться. Он смотрел то на девушку с кудряшками, то на меня, и не мог остановиться.

Я отошел налить себе вина из графина и спросил симпатичную женщину средних лет, как она поживает. Та в ответ засмущалась; я улыбнулся и пошел дальше. Марго затащила меня за угол.

- Майк, ты не позвонишь еще раз Найджелу?

- Только и мечтаю, - ответил я. - Честно говоря, не хочется.