И он действительно свежел со дня на день. Это была новая жизнь!

Но в один прекрасный день к Иржи явилась нежданная гостья, его вторая сестра Тильда, жена незадачливого мелкого предпринимателя; жили они где-то недалеко от Праги, и Тильда всегда навещала брата, когда приезжала в столицу, - она бывала здесь по торговым и хозяйственным делам. Зайдя к брату, она обычно сидела, опустив глаза, и тихими, скупыми Фразами рассказывала о трех своих детях и о множестве домашних хлопот, словно на свете не могло быть других интересов

Иржи ужаснулся, взглянув на сестру: она тяжело дышала, забота покрыла ее лицо паутиной морщинок.

При взгляде на обезображенные шитьем и работой руки Тильды сердце брата мучительно сжалось.

- Дети, слава богу, здоровы и ведут себя хорошо, отрывисто рассказывала сестра. - Да вот мастерская стоит, станки больше не нужны, приходится искать покупателя...

- И Ружена здесь?! - сказала она вдруг полувопросительным тоном, тщетно стараясь глядеть в глаза брату.

На какую бы вещь ни падал ее взгляд, всюду она видела то дыру в ковре, то драный чехол на мебели; обстановка в комнате была жалкая, запущенная, ветхая... "А ведь в самом деле, - подумал Иржи, - ни я, ни Ружена как-то не замечали этого". Он смутился и стал смотреть в сторону, стесняясь взгляда Тильды, ее неустанных глаз, медлительных, вечно озабоченных.

- Она сбежала от мужа, - вяло начала Тильда. - Говорит, что он ее мучил... Может и мучил, но... на все есть свои причины... Вот и у него была причина, - продолжала она, не дождавшись реплики брата. - Видишь ли, Ружена... Я и сама не знаю... - Сестра замолчала и уставилась на большую дыру в ковре. - Ружена - не хозяйка, - начала она после паузы. - Ну, конечно, детей у нее нет, заботиться не о ком. Но все-таки...

Иржи хмуро смотрел в окно.

- Ружена - мотовка, - выдавила из себя Тильда. - Делала долги, вот что. Ты заметил, какое у нее белье?

- Нет.

Тильда вздохнула и провела рукой по лбу.