Ликовали, радовались бойцы. Только грустновато было, что в эти славные дни находятся далеко от своей мечты. Особенно переживал, хоть ничего не говорил об этом, старый солдат. Он уже смирился с тем, что где-то здесь, неподалеку от моря, закончит поход полк, встретит конец войны.

Но, пока она не кончилась, возможны всякие неожиданности.

И однажды ночью, когда полк вел бой за прусскую деревню, его сменила другая часть, а гвардейцев отвели в тыл.

Что случилось? Были еще большие силы, можно было еще бить врага… Но пришел приказ: в путь-дорогу. Куда? Зачем?

Разве положено это знать солдатам?

И в ту же ночь бесконечная колонна полка двинулась по широкой дороге бог весть в каком направлении.

И снова начали гадать.

– Что, ребятки, может, счастье улыбнется и пошлют туда?

– Да нет! Дело будет там сделано, видно, без нас.

– Туда очень ведь далеко…

– Что ж, что далеко? Не пешком же. Наши шоферы поднажмут, и мы быстро прикатим туда…

– Может, на отдых выводят полк?

– Какой там черт отдых теперь? Надо поскорее порешить фашистского зверя, а там уже отдыхать…

– И это верно…

Бойцы бодрствовали, беседовали, и каждый хотел принимать участие в возникшем споре, высказать свои стратегические соображения. Только старый солдат не принимал участия в этом споре. Сколько раз он промахивался, но ни разу его пророчества не осуществлялись. И теперь решил было смолчать.

– Не грусти, батя, – сказал ему Петро Зубрицкий, ехидно посмеиваясь, – Берлин от нас не уйдет. Если нас перебросят туда – хорошо. А если где-то неподалеку надо громить вражескую группировку – тоже неплохо. Постараемся. А возьмут Берлин – попросим начальство, чтобы повезли нас туда, посмотреть это логово…