Вову, например, интересовало, какому святому заказать молебен, чтобы присушить обратно одну стерву? Или святые такими делами не занимаются, и придется сгонять в Марьино к бабке-приворотнице, чего не хотелось бы: цену гнет, ведьма, – ползарплаты за стакан сушеного дерьма!

Еще Вова спрашивал, надо ли снимать крест, когда с девкой – того-этого? И достаточно ли, чтобы не попасть в ад, сходить в церковь на Пасху, или нужно отстоять еще и Рождество?

– Все это совершенно ни к чему, – не выдержал наконец отец Константин, чем глубоко поразил, чтобы не сказать – разочаровал Вову.

– Так чего же делать?

– Жить по-человечески. Изо дня в день, понимаешь, а не раз в году свечку ставить.

– Кстати, – воодушевился Вова, опять нащупав в разговоре знакомую колею. – Правда, что нельзя ставить четное число свечек, не то кони двинешь?

– Конечно, двинешь. Рано или поздно. Только не от свечек.

Вова замолчал, и на его лице отразилось физическое усилие думанья: сморщился лоб, насупились белесые брови, задвигались, будто проталкивая застревавшую мысль, желваки.

– А разве я живу не по-людски? – обиженно воскликнул он. – Пью, между прочим, только вечером, а не с утра, как все. Хотя, конечно, подлечиться тянет. Вкалываешь тут с бодуна, как лось. Но я за рулем ни разу – это у меня железно.

– Неужто каждый день, без передышки? – спросил отец Константин с таким участием, будто речь шла о приступах тяжелой болезни, а не об этом, обычном для всех, занятии.

– Ну да, – удивился Вова. – А как же?

– Ты вот меня спросил, что делать, – вздохнул отец Константин, заранее зная, что слова, которые он должен произнести, пролетят мимо.

– А то, – ввернул Вова. – Кому охота в котле вариться.

– Вот и попробуй – для начала – пить хотя бы через день. Когда справишься, приходи, скажу, что дальше.

– Ага, – ухмыльнулся Вова. – Знаю я, что дальше: пить только по пятницам, потом только по праздникам, а там и вовсе зашиться. Чтоб в меня все пальцем тыкали, как в сектанта! Нет уж, спасибо. Это ты, батя, от зависти ляпнул. Вам-то, попам, настрого лопать нельзя? Что, угадал я?