— Телефон тут есть?
Луи молча выпячивает подбородок. Указывает куда-то за спину. Там маленький коридорчик — «ТуалетТелефон».
Прямая линия связи выводит меня на одну из машин Энслингера.
— Снимите наблюдение. Я делаю все возможное, но прекратите за мной следить. И уберите прослушку из номера. Пожалуйста.
Чей-то голос за спиной.
— А ты, Эрик, бывало, выглядел и получше.
Пытаюсь вспомнить, как он выглядит. Помню одежду, брюки-хаки, желто-оранжевую рубашку-поло, но не лицо. С ним мальчишка, одетый в рубашку, больше похожую на дверной коврик в магазине, и голубую штормовку на размер больше нужного. Вечно текущий нос с засохшими струпьями на переносице, грязные, спутанные волосы, как будто спал в луже. Парень тупо рассматривает собственные пальцы, молча шевеля губами. Да и не мальчишка, примерно моего возраста, может, на год-другой младше. Я уже видел его раньше, когда он завязывал шнурок на тротуаре.
Мужчина, которого я никак не могу вспомнить, поглаживает парня по спине.
— Мы встречались?
— Неужели не узнаешь?
Стараюсь наладить подачу крови в голову — может, свет и тепло выманят память из укрытия. Огоньки над баром вспыхивают, и электрический пес впивается клыками в ребра. Я вижу грозовые тучи и ощущаю запах цветущей груши, но уже в следующее мгновение колени расплываются, как нагретый воск.
Лежу на спине. Хочу перевернуться — ноги не слушаются. Руки пощипывают и горят, будто во сне. Не выпускать из виду разбитый стакан из-под лимонада. Пытаюсь вытянуть шею, но вижу только мужские туфли и лодыжки. С губ стекает слюна. Остановить ее мне не по силам, а туфли такие дорогие, что надо быть поосторожнее.
— Ну а теперь? — спрашивает он.
Пес еще раз хватает меня за спину, и покалывание в руках становится нестерпимым. Слышу удар грома. Первые капли дождя падают налицо, и я снова валюсь на мокрую траву. В поле зрения остается только хромированная нога автомата для игры в пинбол. Чувствую запах лета, пыли, попкорна из бара, вонь из туалета, несвежего дыма, аромат цветущей груши, лимонада, тлеющей коры, моей собственной сварившейся, покрытой пузырями кожи и потом ничего.